Архив свидетелей Минской исторической мастерской

Помним, учимся, исследуем на историческом месте

Вы здесь

Сотникова Мария

Сотникова Мария

Группа 
Политические преследования
Страна происхождения 
Беларусь
Место рождения 
Чериков
Проф. деятельность  
Токарь по металлу
Лагерь и место 
Тюрьма г. Черикова
Судьба 
Расстреляна 31 января 1942 года в лесу за рекой Сож, по дороге на Гронов
Тип отчета 
Семейная история

"Прощайте, мои детки!" Биографический портрет жертвы нацизма Марии Кирилловны Сотниковой

Куруленко Никита, Малащенко Игорь, учащиеся 11 класса, ГУО «Средняя школа № 1 г. Черикова»

Научный руководитель: Максименко Василий Стефанович, учитель истории ГУО «Средняя школа №1 г. Черикова»

Введение

Во время краеведческой экспедиции в 2016 году мы посетили известное у жителей города Черикова и Чериковского района место недалеко от города, где в годы войны расстреливали мирных жителей, партизан и подпольщиков. К установленному здесь памятнику изредка приезжают молодожены, чтобы возложить цветы и почтить память погибших. Нас озадачило одно обстоятельство: неужели неизвестны фамилии казненных здесь людей, обстоятельства их гибели? И почему об этом мало кто знает? Эти вопросы мы задали нашему учителю истории, и он сообщил известную ему на то время информацию об этом расстрельном месте, о некоторых людях, казненных здесь. Прозвучало в том числе и имя Марии Кирилловны Сотниковой.

Во время записи воспоминаний старожилов Черикова о войне мы встретились с Игорем Георгиевичем Сотниковым и узнали, что этот скромный и немногословный человек — сын казненной в годы оккупации М. К. Сотниковой. Мы попросили Игоря Георгиевича рассказать о своей матери, но он отказался, говоря, что ему это больно, просто не хочет ворошить память. Позднее, когда в десятом классе мы готовили сообщения к уроку на тему «Наш край в годы Великой Отечественной войны» и в поисках документов по этой теме посетили районный краеведческий музей, то обнаружили там письмо Г. К. Сотникова и некоторых очевидцев расстрела Марии Кирилловны. Как оказалось, эти документы были присланы из Кричевского исторического музея. Они стали основой биографического портрета М. К. Сотниковой. Выяснилось, далее, что в архиве Кричевского исторического музея находится «Дело о расследовании обстоятельств гибели Марии Сотниковой» [4], которое провел в 1962 году известный кричевский краевед М. Ф. Мельников (тогда город Чериков входил в состав Кричевского района). В музее, куда мы приехали вместе с родителями, нам разрешили воспользоваться хранящимися там воспоминаниями очевидцев, людей, знавших нашу героиню. Фотокопии документов из Государственного архива Могилевской области нам предоставил учитель истории В. С. Максименко.

В июне 2017 года мы вновь посетили И. Г. Сотникова, и на этот раз он согласился ответить на наши вопросы. В октябре мы с ним встречались еще раз, так как возникли некоторые дополнительные вопросы. На основании информации И. Г. Сотникова было установлено местоположение тюрьмы, где провела последние дни Мария Кирилловна, и путь, по которому ее повезли на казнь. Мы также побывали на кладбище, где захоронены останки М. К. Сотниковой.

В результате работы с разнообразными источниками сложился биографический портрет женщины, чье имя, как и многие тысячи других, вошло в нашу память своей мученической смертью: 42‑летняя Мария Кирилловна Сотникова стала одной из 260 убитых на упомянутом расстрельном месте в окрестностях Черикова.

Семья Сотниковых. Довоенная жизнь

Мария Кирилловна Сотникова родилась 1 апреля 1899 года в Черикове в семье плотника. С 1907 по 1913 год она училась в высшем начальном училище. В 1915–1916 годах работала в чериковской чулочной мастерской Инденбома, затем уехала в Ростов, где трудилась токарем по металлу. В 1919 году Мария вышла замуж за Георгия Кузьмича Сотникова [1, л. 5].

По воспоминаниям Стефаниды Максимовны Ивановой, знавшей Марию Сотникову с раннего детства, она, будучи еще несовершеннолетней, вынуждена была работать, добывая для семьи кусок хлеба. Мария, по словам С. М. Ивановой, была очень отзывчива и добра к людям.

Георгий Кузьмич Сотников родился в 1895 году в деревне Зори Чериковского уезда в крестьянской семье. В 1914 году закончил Чериковское высшее начальное училище, в годы первой мировой войны служил на фронте, поддержал революцию 1917 года. В годы гражданской войны он воевал в Красной армии, а после работал в различных учреждениях Чериковского уезда. С 1924 по 1927 год Георгий Кузьмич работал на железной дороге, затем был лесничим, закончил Горецкую сельскохозяйственную академию.

Во время интервью сын Марии Кирилловны Игорь Георгиевич Сотников показал фотографии из семейного архива и рассказал обо всех членах семьи: «Мать была домохозяйкой, отец работал лесничим Чериковского лесничества, старший сын Анатолий был в армии, Валентин учился, ну а я в школе учился, до войны закончил четыре класса. Анатолий служил на Балтийском море, защищал полуостров Ханко, где и погиб в 1941 году. Средний брат закончил десять классов, его взяли в армию» [5, мин. 04:52–05:22]. На одной из фотографий изображены его родители, старший брат Анатолий, средний — Валентин, и он, самый младший (родился 15 сентября 1930 года). Сестра Аля тогда еще не родилась.

В беженцах

16 июля 1941 года немцы захватили Чериков, затем Кричев. Однако по левому берегу реки Сож части Красной армии держали оборону на линии Кричев–Чериков–Пропойск (ныне Славгород) более трех недель. 12 августа начался более чем двухлетний период гитлеровской оккупации. Перед приходом немцев, как вспоминает Раиса Ивановна Варшо (Жиркевич), она и Мария Кирилловна со своими детьми Игорем и Алей ушли вместе с отступавшими советскими войсками на восток, за Сож, и остановилась в Климовичском районе в деревню Городешня. Отсюда женщины хотели пробираться дальше, но оказались в окружении вместе с отступавшими красноармейцами.

Пока окруженцы, находясь в лесу, готовились к прорыву линии фронта, Мария Кирилловна помогала им, добывала в окрестных деревнях продукты питания, готовила пищу. Р. И. Варшо описала следующий эпизод: «Наши не успели эвакуировать колхозных телят, которых могли захватить со дня на день немцы. Мария Кирилловна узнала об этом, сказала командиру, чтобы бойцы резали телят, а Мария Кирилловна и Ольга Васильевна Жиркевич затопили печи, наварили мяса, и все бойцы были накормлены. И так продолжалось в течение месяца» [4, л. 7].

Как писал в своих воспоминаниях со слов жены Г. К. Сотников: «… в один день, когда она пришла в условленное место в лес, чтобы передать часть спеченного хлеба, молока и еще кое-что, то там воинов не оказалось, и на другой и на третий день их не было» [3, л. 12–13]. После того как красноармейцы ушли на восток, Марии Сотниковой ничего не оставалось, как возвратиться в конце августа 1941 года с детьми домой, в Чериков, где уже хозяйничали оккупанты.

Арест

Мария Сотникова не скрывала своей ненависти к оккупантам и полицаям и неоднократно говорила местным жителям, что «все равно наши победят немецких фашистов и полицаев» [4, л. 4]. Варвара Пузикова (Самойлова) вспоминала слова Марии, говорившей, что ей очень трудно здесь с двумя малолетними детьми, но она все вынесет. Зато из моей семьи, говорила Сотникова М. К., защищают нашу родину мой муж и два сына.

Осенью 1941 года немцы стали восстанавливать мост через реку Сож. Работами по восстановлению моста руководил прораб Трофим Криволапов. Он был женат на родственнице М. К. Сотниковой, к тому же в 1918 году Мария крестила его дочь. Трофим Криволапов несколько раз приходил в дом Сотниковых, вел длительные беседы, уверяя женщину, что он против немцев. По воспоминаниям И. Г. Сотникова, «этот Криволапов… приходил несколько раз и у матери просил найти людей, чтобы мост взорвать. Но она молчала, ничего не могла ответить, но потом, я помню хорошо, он раза три приходил, и она дала согласие, что найдет людей» [5, мин. 02:12–03:17]. После этой встречи с Криволаповым за его матерью была установлена слежка, и через несколько дней в дом пришли немцы и арестовали ее.

В тюрьме

В. Пузикова вспоминала, что когда М. К. Сотникову арестовали, то она вместе со своей мамой Александрой Степановной Самойловой несколько раз навещали ее. Сотникову охранял полицай не из местных, по национальности не белорус и не русский. Мария Кирилловна рассказывала им, что во время допросов ее сильно били, очень беспокоилась о детях. Она говорила, что у нее была очная ставка с Криволаповым: Криволапов, войдя в комнату, где допрашивали Сотникову, сразу стал рассказывать немецкому следователю о том, что она, будучи в беженцах, помогала советским солдатам, добывала разведывательные данные, а после возвращения в Чериков неоднократно заявляла, что мост, который он (Криволапов) строит, вскоре будет взорван. Криволапов нашел и второго свидетеля, подтвердившего, что Сотникова говорила о планируемом взрыве моста. «В январе месяце 1942 года, — свидетельствовала В. Пузикова, — из гестапо вышли два человека. Я была закутана платком от холода и вдруг вижу Криволапова, я его узнала. Он хлопнул спутника по плечу и говорит: «Ну, спасибо тебе, Аксенович, что ты поддержал, теперь она не вывернется», и с этими словами зашагал быстро по шоссе» [4, л. 5].

Сестра М. К. Сотниковой Ксения Кирилловна Иванова рассказывала следующее: «Во время ареста я приходила к ней, и она мне сказала, что ее крепко избили на допросе и бросили в подвал. На четвертый день я пришла к ней. Она была на улице под охраной немцев. В это время я передала ей передачу, продукты она не взяла, сказала, что не надо ничего, что она видела сон, как ввалилась в глубокую яму и не вылезла из нее. Больше она говорить ничего не стала, заплакала и отошла, и полицейский повел ее в подвал. Когда я приходила к ней на третий день после ареста, то она мне говорила, что была очная ставка на допросе с Криволаповым. Он все на нее говорил, что она ему рассказывала раньше. Говорил, что приходила на мост за щепками и в присутствии рабочих говорила, что наши все равно придут» [4, л. 25].

Совпадают с этими сведениями и слова И. Г. Сотникова: «Мне разрешили навестить ее, она сидела в подвале, в деревянном доме комендатуры, ее узнать практически нельзя было, она была вся черная, избитая, и она справилась мне сказать, что ее предал Криволапов… Ну а потом, не помню, сколько прошло времени, в течение недели ее увезли на санях на край леса и расстреляли» [5, мин. 04:05–04:55].

Георгий Кузьмич Сотников в то время находился дома. Мобилизованный в первый месяц войны для строительства укреплений на фронте, он попал в окружение под Ржевом, тяжело больным с трудом добрался до Черикова, где к тому же заболел тифом. Болезнь спасла его: его должны были схватить вместе с женой, но боявшиеся тифа немцы его не арестовали [1, л. 2].

В 1969 году Г. К. Сотников направил заявление в КГБ о привлечении Трофима Криволапова к ответственности и получил ответ, в котором сообщалось, что Криволапов был арестован в 1943 году и осужден за измену и предательство на 20 лет (документ хранится в семейном архиве [2]). Как вспоминает И. Г. Сотников, в 1945 году к его отцу приезжал сотрудник органов СМЕРШ и опрашивал по поводу предательства, повлекшего гибель людей. «Смершевец» рассказал, что инженер-строитель, собиравший людей якобы на подрыв моста, был задержан в Германии в чине капитана и что он предал 11 человек.

Казнь

31 января 1942 года Марию Сотникову после вынесения приговора повезли в лес за реку Сож, на расстрельное место по дороге на Гронов. Очевидец Григорий Герасимович Титов свидетельствовал: «Я видел, когда немцы везли ее в санях, так как она проживала около моего дома, как она сидела с вооруженными немцами, громко плакала и кричала «Детки мои, прощайте!» Мне было видно, как ее повезли через луг в лес» [4, л. 18].

Мария Адамовна Ткачева в конце января 1942 года возвращалась из лесу на санях, они с мужем везли дрова. В конце старого деревянного моста им встретились сани, на которых сидели два немца, а посередине двое — мужчина и женщина. «Всмотревшись, я узнала эту женщину – это была моя знакомая — Сотникова Мария. … я сказала, «здравствуй, Мария» — и в ответ услышала: «Здравствуй и прощай». Не сообразив, в чем дело, я спросила: «куда вас так поздно везут» и услышала в ответ «на смерть», и Мария показала рукой на немца. Такой ответ меня озадачил. Проехав некоторое расстояние, меня толкнула какая-то сила. Я слезла с подводы и машинально побежала обратно по дороге к лесу. Не доходя до леса, я свернула на луг, пошла дальше. На каком-то озерке… остановилась и начала ломать тростники. Вскоре, с этого места я увидела на краю леса ту подводу… Между деревьями я заметила, как с подводы все слезли и пошли дальше в лес, и еще видно было, как немцы из автоматов выстрелили в мужчину и женщину» [3, л. 15].

И. Г. Сотников вспоминает: «31 января 1942 года расстреляли ее, и была сильная метель, что нельзя было найти труп. Но потом нашли, она была в окопе, и еще там был военнопленный один. Весной, когда был разлив, ее на лодке выкрали, довезли до кладбища, мелко закопали, и все на этом» [5, мин. 05:30–06:22]. Подробнее об этом рассказала в своих показаниях участница событий С. М. Иванова: «Труп покойной пролежал в окопе под снегом, так как немцы не разрешали забирать и хоронить. Только в конце марта или начале апреля 1942 года мой муж Д. Иванов и Петр Прантиков тайно от немцев вдвоем вечером добрались на лодке к ее трупу и положили его на кургане. Я, моя сестра и Иванов Николай Федорович, тоже под страхом смерти, на лодке привезли труп Сотниковой и похоронили на Заровском кладбище, где была подготовленная могила. Когда мы подъезжали к кладбищу под утро с трупом, то по нам немцы стреляли по всплескам воды, но мы, прячась за кустами, сумели прибыть на кладбище. Хочу еще добавить, что была одета Сотникова… в серое пальто, валенки,.. а лицо было все побито, даже лица не было видно, немцы стреляли в затылок. Так украдкой опустили прах в могилу, засыпали землей и с плачем ушли с кладбища» [4, л. 30–31].

Место памяти

Сейчас в окрестностях Черикова (в 600 м на восток от города) находится мемориал расстрелянным в годы войны жителям Чериковского края. Инициатива по его сооружению принадлежит Г. К. Сотникову.

20 марта 1972 года в письме редактору районной газеты он сообщил, что за мостом через Сож по дороге Чериков–Краснополье, на краю леса в годы немецкой оккупации было целое кладбище расстрелянных людей. Фашисты запрещали убирать тела казненных, их растаскивали и поедали хищные звери и птицы, часть трупов была снесена весенними паводками. Местные жители смогли тайно забрать лишь некоторые тела, чтобы похоронить их на кладбище. «Жуткая картина была на том месте, — пишет Георгий Кузьмич. — Люди, проходившие или проезжавшие мимо валяющихся трупов, приходили в ужас. Прошло около тридцати лет, но это место никак не обозначено. В других местах, где были расстреляны наши граждане, установлены памятники. А это место и те покойники, которые погибли от рук предателей и фашистов, ожидают увековечения… Место расстрелянных людей – опушка леса Лименского лесничества, квадрат № 2, вблизи дороги Чериков – Краснополье» [3, л. 10]. Однако лишь после 1978 года, когда ветераны Г. К. Сотников и З. И. Просенцов обратились с письмом уже в райком партии [3, л. 45], памятник наконец был установлен.

По нашим данным, основанным на архивных документах, опросе свидетелей, родственников убитых, на этом месте было казнено около 260 человек. За давностью лет установить имена всех расстрелянных вряд ли возможно, и все же в отношении многих казненных нам это удалось. Кроме фамилий убитых, мы восстановили обстоятельства расстрела некоторых людей.

Заключение

Мы относимся к тому поколению, которое является последним, кто видит в живых людей, бывших очевидцами событий тех страшных лет. Во время работы над биографическим портретом мы погрузились в историю не только на основании того, что записано в книгах, но и вживую пообщались со свидетелями войны. Это бесценный опыт, который мы будем, насколько возможно, хранить и передавать другим.

Мы много думали над тем, важно ли то, что сделали, описывая жизнь и смерть женщины, не совершившей ничего выдающегося. Кому это надо? Это надо не ей, а тем, кто не знает реалий войны. Мария Сотникова, хотя и не по своей воле, совершила подвиг, и этот подвиг этот — ее мученическая смерть.

Мы познакомили жителей района с биографическим портретом Марии Кирилловны, опубликовав статью в местной газете «Веснік Чэрыкаўшчыны». Место расстрела Марии Сотниковой и других жителей Черикова включено в экскурсионный маршрут, разработанный в школе с нашим участием. Школьники по нашей инициативе благоустраивают территорию возле мемориала. Мы будем также добиваться, чтобы на мемориале установили баннер, на котором будут указаны установленные нами фамилии и помещены собранные нами фотографии убитых на этом месте людей. Сохранение памяти о войне должно подпитываться конкретными делами. В этом наш долг.

Список использованных источников

Архив историко-краеведческого музея ГУО «Средняя школа № 1 г. Черикова». — Ф. 1. — Оп. 1. — Д. 12 [автобиография Г. К. Сотникова, биография М. К. Сотниковой].

Архив семьи Сотникова И. Г.

Архив Чериковского государственного краеведческого музея. — Ф. 3. — Оп. 1. — Д. 8.

Дело о расследовании обстоятельств гибели Марии Сотниковой. — Архив Кричевского государственного исторического музея. — Ф. 2. — Оп. 1. — Д. 69.

Сотников Игорь Георгиевич, 1930 г. р., г. Чериков. [Видеоинтервью] — Июнь 2017 г. — Личная коллекция Игоря Малащенко.